С середины прошлой недели рубль упал по отношению к доллару на 8%, лира — более чем на 20%. “Ъ” проследил, в чем схожи и в чем различаются подходы к текущему ослаблению национальной валюты в двух странах.

Рынок Турции реагирует на уже реализуемую угрозу (введение фактически заградительных пошлин на экспорт в США стали и алюминиевого проката), а в России речь идет о попытке застраховаться от еще не введенных санкций. Масштаб последних не ясен, хотя может сильнее отразиться на динамике ВВП, чем давление США на Турцию.

Впрочем, это только часть ответа: на деле, несмотря на то что аналитики часто относят Турцию и Россию к одной группе развивающихся рынков, это довольно разные экономики. Общим является только схожий режим плавающего валютного курса. Но в отличие от России, Турция — страна с хроническим торговым и бюджетным дефицитом.

Дефицит торгового баланса Турции сейчас составляет около 5%. При любом шоке лира легко девальвируется. Экспорт и импорт Турции при этом сильнее диверсифицирован, чем российские. На практике это смягчает некрупные изменения конъюнктуры и, напротив, делает более влиятельными сильные.

Наконец, с точки зрения финансовой стабильности положение Турции скорее хуже, чем у России в 2014 году. Цель Нацбанка страны по инфляции составляет 5% годовых при текущей ожидаемой (например, ING и Raiffaisen) в 14%.

Инфляционные ожидания в стране высоки, а политика регулятора нестабильна. Нацбанк Турции лишь 13 августа объявил о смягчении резервных требований по валютным активам в турецких банках. Это довольно спорный шаг, хотя ЦБ России в сходной ситуации в 2014 году действовал схоже.

Словесные интервенции финансовых властей Турции постоянно пересекаются с заявлениями президента и правительства Турции по денежно-кредитной политике. Для России эта ситуация малопредставима. В 2011–2016 годах Банк России неофициально очень жестко протестовал в правительстве и администрации президента против любых комментариев исполнительной власти по поводу курса, ставки и ориентиров по инфляции. Сейчас заявление о независимости политики ЦБ является для РФ стандартной частью комментария чиновников.

В целом же коммуникационная политика ЦБ Турции и регулятора финрынков BDDK гораздо менее формализована. Так, ключевой информационной составляющей турецкого кризиса является уверенность рынков в том, что президент настаивает на резком снижении ключевой ставки и стоимости кредита вне зависимости от инфляции.


Что говорят в России

Президент РФ, премьер-министр, руководители обеих палат парламента, министр экономики пока никак не комментировали ситуацию на валютном рынке.

Антон Силуанов, первый вице-премьер—министр финансов:

«Российская экономика, платежный баланс в последние годы стали гораздо более устойчивыми к внешним воздействиям — будь то колебания нефтяной конъюнктуры или введение экономических ограничений. Правительство РФ и Центробанк осуществляют мониторинг ситуации, обладают всем необходимым инструментарием для обеспечения финансовой стабильности» (9 августа в интервью каналу «Россия 1»).

«У Центрального банка достаточно валютных резервов, рублевой ликвидности тоже предостаточно. В этом плане никаких проблем, даже если санкции будут введены, для валютных счетов или рублевых счетов наших граждан не будет» (12 августа в интервью журналистам в Москве).

Центробанк РФ:

«Повышенная в последние дни волатильность курса рубля является естественной реакцией финансового рынка на новости о новых потенциальных санкциях на фоне изменений на глобальных финансовых рынках. Такие эпизоды волатильности уже возникали ранее на фоне обсуждения санкционных ограничений и имели временный характер. Поддержку рублю по-прежнему оказывают существенные продажи экспортной валютной выручки» (10 августа в официальном заявлении).

Что говорят в Турции

Реджеп Тайип Эрдоган, президент:

«Цель этой операции — заставить сдаться Турцию во всех сферах: от финансов до политики. Мы вновь имеем дело с политическим коварным заговором… То, что произошло с лирой, не имеет никакого отношения к экономике и тем кризисам, которые у нас были ранее… Наша экономика здоровая, стоит крепко и будет стоять. Курс валюты вернется к обычным показателям в ближайшее время» (13 августа, на конференции турецких послов в Анкаре).

Берат Албайрак, министр финансов:

«Нас атакуют, испытывают. Эта атака, начатая крупнейшим игроком глобальной финансовой системы, вызывает аналогичную ситуацию во всех развивающихся странах. Россия ранее пережила то же самое, однако уже восстановилась. В сегодняшних условиях в ситуации, когда деньги нашей страны оказались под прямой атакой президента США, обвинять турецкую экономику в хрупкости берутся только те, кто руководствуется недобрыми помыслами» (12 августа, в интервью газете Hurriyet).

«Вклады населения не будут изыматься со счетов. Иностранные валюты на банковских счетах не будут конвертироваться в турецкую лиру. Этой лжи мы будем давать отпор» (в заявлении в ответ на появившиеся в соцсетях слухи).

Совет Турции по рынкам капитала ─ Sermaye Piyasas Kurulu (SPK):

«Принимаются все меры для обеспечения функционирования рынков в эффективной, надежной и прозрачной среде. Против распространителей ложной, вводящей в заблуждение информации и недостоверных новостей будут приниматься меры юридического характера».


Что предпринимают в России

• ЦБ РФ 8 августа (первый день обвала рубля) купил на внутреннем валютном рынке валюту на 8,4 млрд руб. (днем ранее — 16,7 млрд руб.). С 9 августа закупки валюты Центральным банком не проводились.

• Минфин пообещал, что до 6 сентября 2018 года направит на закупку валюты 383,2 млрд руб. дополнительных нефтегазовых доходов.

• Минфин не исключил отказа от доллара при расчетах за нефть и перехода на другие валюты.

Что предпринимают в Турции

• ЦБ пообещал предоставить банкам необходимую им ликвидность, провел валютную интервенцию в размере $2,2 млрд.

• Одновременно будут повышены лимиты банковских гарантий в иностранной валюте для операций с турецкой лирой с €7,2 млрд до €20 млрд.

• Помимо недельных ставок по валютным заимствованиям частные банки смогут получать валютные кредиты сроком на один месяц.

• При необходимости будут объявляться тендеры по долгосрочным ставкам репо и валютным размещениям со сроком погашения 91 день.

• Банкам будет предоставлена свобода управления гарантиями на операции в турецкой лире в зависимости от видов и сроков процентных ставок.

• Агентство банковского регулирования и надзора (BDDK) Турции сообщило об ограничении трансакций с валютными свопами с целью затруднить игру на понижение курса лиры для зарубежных инвесторов.

• В ответ на объявленную «экономическую войну» власти призвали граждан продавать золото и доллары.

Источник: КоммерсантЪ

Политика конфиденциальности

© 2018 Wolfline Capital (с) Все права защищены

logo-footer

iconmonstr-vk-5-72iconmonstr-facebook-5-72iconmonstr-telegram-5-30iconmonstr-youtube-5-72iconmonstr-instagram-5-72 iconmonstr-twitter-5-72